У С С У Р И Й С К О Е
К А З А Ч Ь Е   В О Й С К О

 
Введение
Глава 1:
Глава 2:
Глава 3:
Заключение
Список источников  и литературы 
 
 
 
 

 

страница 5

2. Уссурийское Казачье Войско в Гражданской войне (май 1918 – февраль 1920 гг.).

 

 

 

1. Начало Гражданской войны на юге Дальнего Востока
и позиция Уссурийского Казачьего Войска.

 

В начале мая 1918 г. сделав вывод, что в массе своей уссурийское казачество пока стоит на стороне советской власти, атаман Калмыков пришел к необходимости сочетания агитации среди казаков с активными действиями. Однако, учитывая, что численность его отряда к этому времени была незначительной, он стал следовать тактике набегов на территорию Южного Приморья. Для подготовки таких действий Калмыков развернул усиленную пропаганду среди близлежащих к ст. Пограничной поселков и станиц для поддержки своих сторонников и вербовки новых.

К концу мая 1918 г. против ОКО атамана Калмыкова, насчитывавшего около 150 человек, был развернут Гродековский фронт. В его состав вошли отряды моряков и рабочих из Владивостока и Никольска-Уссурийского, прибыли и отряды интернационалистов, в рядах которых были чехи, венгры, австрийцы, немцы. В составе войск фронта успешно действовал отряд красных казаков во главе с Г.М. Шевченко[1].

В помощь атаману Калмыкову из Харбина 1 июня начал выдвижение отряд полковника Орлова[2].

В конце мая - начале июня 1918 г. отряд Калмыкова вновь открыл боевые действия, однако их неудачи заставили атамана временно прекратить нападения. Готовилось к предстоящим боям и советское командование, мобилизуя ближайшие тылы и проводя очередные наборы в Красную гвардию[3].

Для выяснения обстановки в округе и выработки своего дальнейшего поведения по отношению к воюющим сторонам, казаки Гродековской станицы собрались на станичный круг. На круге было налицо разделение казаков на два лагеря - против и за советскую власть. Собрание предложило соблюдать нейтралитет, принятый Гродековским сходом 30 апреля 1918 г. Попытки отдельных гродековцев склонить круг на оказание активной помощи Калмыкову не прошли, также как не прошла попытка мобилизовать казаков против атамана. Круг так и разошелся, не придя к единому решению[4].

После открытия боевых действий, дальневосточные краевые власти обратились к китайским властям с требованием разоружить отряды, оперирующие с их территории. На это китайские власти ответили отказом, однако, позже они дали заверения в том, что из пограничной полосы белогвардейские отряды будут выведены. Затем, на встрече представителей советских и китайских властей было выработано соглашение о китайском нейтралитете. Китайцы, в ответ на требование представителей Дальсовнаркома пропустить советские войска на китайскую территорию для разгрома белогвардейцев, взяли на себя обязательство самостоятельно разоружить эти отряды[5]. Однако эти обещания китайская сторона не выполнила. С течением времени недоразумения между китайскими властями и белогвардейцами были разрешены и после некоторого перерыва в конце июня набеги отряда Калмыкова были продолжены. Правда, особого успеха они не имели, т.к. соотношение сил было в пользу Советов.

Обстановка на Дальнем Востоке резко изменилась после организованного странами Антанты чехословацкого переворота 29 июня 1918 г. в г. Владивостоке. При подготовке к нему и чехи и белогвардейцы во Владивостоке поддерживали связь с так называемым Временным правительством автономной Сибири (ВПАС) П.Я. Дербера в г. Харбине. Это правительство тайно покинуло Харбин и оказалось во Владивостоке 29 июня, взяв при поддержке чехов власть в свои руки. На сторону ВПАС стали Приморская областная земская управа (ПОЗУ) и Владивостокское городское самоуправление. Позже, 8 июля 1918 г. в своей декларации правительство П.Я. Дербера, обращаясь к союзникам, признало все соглашения России до 25 октября 1917 г. и выразило надежду, что дружественные державы окажут правительству свое доверие и поддержку[6].

29 июня, одновременно с чехословацким выступлением, англичане и японцы высадили свой десант во Владивостоке, превратив его в свою главную базу на Дальнем Востоке. Через несколько дней, 6 июля 1918 г. консульский корпус в так называемой "Декларации представителей союзного командования " дал письменное заверение в том, что он берет на себя охрану личной и имущественной безопасности населения[7].

Не имевшая своих вооруженных сил Приморская областная земская управа (ПОЗУ) (в силу различных причин ВПАС было вынуждено передать власть в Приморской области и во Владивостоке ПОЗУ и Городской Думе)[8] была удовлетворена достигнутым соглашением, позволявшем ей быть в относительной безопасности в борьбе за власть с другими претендентами.

После переворота чехословацкие отряды численностью около 7000 человек двинулись на г. Никольск-Уссурийский. 3 июля начались бои между чехословаками и красногвардейцами вновь образованного Уссурийского фронта на подступах к городу, который и был взят чехословаками 5 июля[9]. Получив сообщение о чехословацком выступлении, командование Гродековского фронта сняло свои части с позиций и отвело их под Никольск-Уссурийский, оставив под Гродеково только слабые заслоны. После отвода частей Гродековского фронта отряд атамана Калмыкова немедленно вступил в бой с заслонами фронта и занял Гродеково 4 июля 1918 г.[10]

В своем обращении 4 июля 1918 г. атаман Калмыков извещал казаков, что продолжает вести борьбу с целью восстановления земских и городских самоуправлений, изгнания из пределов края немцев и большевиков, оказания помощи в доведении России до Учредительного собрания. Призывая казаков в свои ряды, Калмыков заявил, что как только край будет очищен от немцев и большевиков, обязанности Войскового Атамана, возложенные на него 4-м Войсковым Кругом, он с себя снимет[11].

Одновременно, в приказе за № 1 по Уссурийскому казачьему войску, Калмыков, объявляя себя Войсковым Атаманом на основании решений 4-го Войскового круга, ставил перед собой и войском следующие задачи: очищение территории войска от большевиков, свержение их власти в войске, после чего созыв 5-го правомочного Большого круга на основе всеобщего, прямого, равного и тайного голосования. Калмыков, как глава Войскового правительства, восстановил его состав, избранный 4-м Войсковым кругом. Ввиду непризнания 4-м Кругом советской власти и Брестского мира, для восстановления германского фронта Калмыков приказал немедленно мобилизовать казаков сроков службы (годов призыва) 1918, 1917 годов и тех из 1916 г., кто не был в боях на фронте[12]. Одновременно, до проведения Войскового круга, атаман Калмыков отказался признавать какое-либо правительство, мотивируя это тем, что только Круг имеет право на такое признание. Данная позиция позволяла атаману Калмыкову (при поддержке японцев и в той политической неразберихе) занимать более или менее самостоятельное положение среди различных русских белых группировок на Дальнем Востоке. 5 июля 1918 г. ОКО двинулся на Никольск-Уссурийский[13], на подступах к которому и был неожиданно остановлен чехословацкими войсками по настоянию ВПАС и ПОЗУ. В Никольск-Уссурийском между атаманом Калмыковым, с одной стороны, представителями Временного правительства, земской управы и чехами, с другой, прошли переговоры. Подводя им итог, чехи заявили, что во внутренние дела они не вмешиваются, но считают, что движение отрядов Орлова и Калмыкова ввергнет население в новую гражданскую войну, а поэтому дальше ст. Хорватово и Голенок они эти отряды не пустят[14].

Тогда в г. Владивосток поехал хорунжий П.Н. Былков, который встретился с военным министром ВПАС А.А. Краковецким, а 11 июля и с главой ВПАС П.Я. Дербером[15]. Видимо, главным вопросом этих переговоров была ликвидация так называемой автономии Уссурийского казачьего войска и подчинение атамана И.П. Калмыкова П.Я. Дерберу. Однако переговоры завершились ничем, и делегация возвратилась в отряд.

Калмыков обратился к Краковецкому с просьбой о личной с ним встрече и выехал во Владивосток. Здесь в результате некорректного поведения Калмыков по приказу председателя ПОЗУ А.С. Медведева был арестован и препровожден в свой вагон. (Ранее, для улаживания вопроса о пропуске ОКО атамана Калмыкова в Никольск-Уссурийский, во Владивостоке была создана особая комиссия, на заседания которой атаман не явился). В итоге переговоры сорвались, а командующий вооруженными сухопутными и морскими силами Приморской области полковник С.С. Толстов без разрешения А.С. Медведева вести переговоры отказался. Не прошла и попытка войти в сношения и с ВПАС. Калмыкову было предложено возвратиться в район действий своего отряда[16].

К середине июля 1918 г. положение на занятой белыми отрядами территории сложилось следующее. Прибывший на ст. Гродеково 9 июля 1918 г. генерал Д.Л. Хорват принял всю полноту государственной власти, объявив себя Верховным российским Правителем и выступил с программным обращением к населению. Хорват объявил об образовании при себе Делового кабинета с предоставлением ему всех прерогатив правительства[17]. Вслед за этим Хорват стал ожидать свое признание союзниками.

Однако чехи, признавшие ВПАС, не только не признали генерала Хорвата Временным правителем, но и не пустили его со своими министрами дальше Гродеково[18].

Быстро отреагировало на обращение генерала Хорвата и само ВПАС, отправившее 10 июля 1918 г. в Гродеково телеграмму с непризнанием генерала Хорвата, считая единственной законной властью на территории Сибири временную сибирскую областную думу и избранное ею правительство автономной Сибири, т.е. себя. Правительство предложило Хорвату немедленно сложить с себя незаконно присвоенные полномочия и предупредило генерала Хорвата о возможных тяжелых последствиях в случае невыполнения этих требований[19].

Атаману Калмыкову было наруку противоборство двух правительств. Как раньше он не признал ВПАС, так сейчас он не признал и генерала Хорвата Временным правителем, заявив, что признание зависит от Войскового круга, а не от него[20]. Аналогичный ответ дал Калмыков и главнокомандующему Российскими войсками (правительства генерала Хорвата) генералу М.М. Плешкову, заявив, что слушать и подчиняться не желает и совместно с отрядом полковника Орлова действовать не будет[21].

Но на отношения Калмыкова с союзниками непризнание правительств никак не повлияло. Его отряду, как части русских войск, они продолжали оказывать поддержку, прежде всего японцы, выделяя для этого средства и вооружение. По заявлению служащих Приморского областного земства, Калмыков продолжал получать средства и от непризнанного им Временным правителем генерала Хорвата[22].

Чтобы иметь в руках военную силу, к формированию собственной армии приступила и ПОЗУ. Уже 4 июля 1918 г. командующий вооруженными сухопутными и морскими силами Приморской области С.С. Толстов издал приказ о наборе добровольцев в формируемые части[23].

Затем 9 июля 1918 г. в газете "Далекая окраина" было опубликовано обращение полковника Толстова к уссурийским казакам, в котором он обещал в скором будущем созвать 6-й Войсковой круг для нормализации жизни войска, выборов Войскового Атамана и Войскового правления. Кроме того, Толстов объявил о формировании Уссурийского казачьего полка и призвал казаков вступать в его ряды. Как видно из этого воззвания, Областная земская управа, в свою очередь, также не признавала атамана Калмыкова и его Войсковое правительство высшей властью в войске. А подписавший вместе с полковником С.С. Толстовым это обращение войсковой старшина Г.Ф. Февралев был, видимо, выдвигаем управой как альтернатива атаману Калмыкову[24]. Продолжая эту политику, Никольск-Уссурийский воинский начальник 15 июля 1918 г. предложил казакам Гродековского станичного округа вступать в формируемые в городе части Сибирского полка[25].

Подобное стремление действовать через его голову, попытки мобилизации уссурийского казачества помимо Войскового Атамана, каковым считал себя Калмыков, нанесение ему личных оскорблений во Владивостоке со стороны А.С. Медведева - все это вызывало резкую негативную реакцию атамана, его полный отказ подчиняться земской управе.

И как средство предупреждения от мобилизации, атаман издал приказ, чтобы все мобилизованные казаки шли служить только в Особый казачий отряд[26].

16(3) июля 1918 г. состоялось экстренное заседание Никольск-Уссурийской городской думы, главным вопросом которого было обсуждение существующей ситуации в области. Ввиду ее сложности, именем земства и города была объявлена мобилизация в так называемую "Народную армию". Заседание заслушало предложение, поступившее от атамана Калмыкова послать  к нему делегацию или получить возможность послать таковую в Никольск-Уссурийский с целью инспекции его отряда[27]. На заседании 17 июля во Владивостоке представителей от земства и чехословацкого командования было решено воспользоваться приглашением атамана Калмыкова[28].

Делегация консульского корпуса, чешского командования и земства сразу же выехала для проверки различных отрядов, побывала в Липовцах у атамана Калмыкова и в Гродеково у генерала Хорвата. На встречах с делегацией генерал Хорват и атаман Калмыков, выступая против гражданской войны, так объяснили цели своей деятельности: это борьба с немцами, мадьярами и их союзниками - большевиками. Д.Л. Хорват и И.П. Калмыков выразили свое желание действовать совместно с чехословаками, кроме того, Калмыков согласился находиться в подчинении чехословацкого командования[29]. На делегацию большое впечатление оказал Особый казачий отряд, насчитывающий в своих рядах свыше 400 чел., 2 орудия, 16 пулеметов, своей дисциплиной  и порядком, а также тем обстоятельством, что основу его составляли добровольцы-казаки. В отношении отряда генерала Хорвата делегация отметила, что состоит он в основном из наемных китайских войск[30].

Благоприятный доклад делегации о положении дел в ОКО принес большую пользу атаману. К нему потянулись не только казаки, но и добровольцы, в том числе и из других отрядов. Немаловажное значение здесь играло и значительное жалование, выдаваемое в отряде[31].

Пока на юге Приморья под защитой чехословацких войск продолжали выяснять отношения контрреволюционные правительства, советская власть организовывала свои силы для борьбы с ними. Особо важным для нее был вопрос если не о привлечении уссурийского казачества на сторону советской власти, то хотя бы о его нейтрализации.

Для решения этой задачи 16 июля 1918 г. открылся Чрезвычайный крестьянско-казачий съезд Иманского уезда. Наблюдателями были отмечены различные нарушения при выборах, которые позволили большевикам получить на съезде большинство и проводить свою политику. Это привело к тому, что делегаты (большая часть казаков) стали расходиться. Тем не менее, съезд продолжил свою работу и провел ряд важных для советской власти постановлений: объявил мобилизацию населения и формирование 4 рот из казаков и крестьян уезда. Такая мобилизация была проведена, из молодых казаков и крестьян Иманского уезда было организовано 4 сотни, во главе их поставлен уссурийский казак С. Скударный (впоследствии погибший). Эти сотни были отправлены на Уссурийский фронт[32].

С этой же целью было решено провести Войсковой съезд Уссурийского казачьего войска 20-21 июля 1918 г. в ст. Бикин, но так как Южные станичные округа - Полтавский, Гродековский и Платоно-Александровский находились в самом центре гражданской войны, своих делегатов они не прислали. Поэтому съезд был назван съездом 3-х Северных округов - Гленовского, Бикинского и Донского. Съезд осудил гражданскую войну, "организованную большевиками", постановил провести выборы для избрания новой власти, вернуть отобранные у народа права, провести немедленный созыв Сибирского Учредительного собрания для устройства порядка на Дальнем Востоке и Сибири, отказался поддержать советскую  власть в борьбе с чехословаками. Решения крестьянского съезда от 16 июля делегаты постановили считать для себя необязательными[33].

Налицо было полное изменение настроения большей части уссурийского казачества, по крайней мере, Северных округов, по отношению к советской власти, ее переход на сторону контрреволюции под влиянием военно-политической обстановки. Причинами столь резкой смены настроения казаков стало несоответствие обещаний и действительного соотношения дел, начало гражданской войны, урезание декларированных свобод, национализация, земельный передел, нарушения при выборах в Советы, проведении съездов, управлении как на местах, так и в центре.

Немаловажную роль в этом сыграл председатель Войскового совета Уссурийского казачьего войска С.В. Коренев, сделавший все возможное, чтобы сохранить войсковое имущество. Он объединял казаков и препятствовал их вступлению в ряды Красной гвардии, одновременно сумев вытребовать от большевиков и разослать казакам различных видов довольствия на сумму свыше 500 тыс. руб.[34]

На юге Приморья несогласованные действия правительств и их открытая вражда между собой продолжалась.

Благодаря стараниям ВПАС и земства, деятельность генерала Хорвата и атамана Калмыкова чехословацким командованием не признавалась. Такой оборот событий не мог удовлетворить атамана Калмыкова, желавшего распространить свое влияние на другие станичные округа, поднять уссурийское казачество против советской власти. С этой целью на войсковом пароходе "Казак" через озеро Ханка, рр. Сунгачи и Уссури был выслан небольшой отряд казаков под командой начальника штаба ОКО хорунжего П.Н. Былкова с задачей оперировать в Донском станичном округе в тылу Уссурийского фронта. Однако около пос. Марковского пароход был перехвачен канонерками красных, П.Н. Былков был убит, его отряд отступил[35].

В конце июля 1918 г. отношение чехословацкого командования к ОКО атамана Калмыкова стало меняться в сторону сотрудничества с ним. Во-первых, за последнее время чехи потерпели ряд неудач на фронте. Во-вторых, ОКО к этому времени стал самой внушительной силой среди других русских отрядов. В третьих, на чехов оказывалось сильное давление со стороны иностранных консулов, в частности, японского, с требованиями допустить русские отряды на фронт.

Вскоре такая договоренность между атаманом Калмыковым и чехословацким командованием была достигнута. 1 августа 1918 г. в подкрепление чехословакам на Уссурийский фронт отправился Особый казачий отряд, насчитывающий к этому времени в своих рядах около 1500 чел.[36] 4 августа, получив боевую задачу, ОКО выступил на позиции[37].  Между войсками же генерала Хорвата, сделавших попытку двинуться из района Гродеково к Никольск-Уссурийскому, и чехами 2 августа 1918 г. даже произошло столкновение на ст. Голенки, в результате чего войска Хорвата были вынуждены остаться на месте[38].

В виду сложного положения на Уссурийском фронте, 5 августа 1918 г. во Владивостоке состоялось совещание союзного командования, которое признало положение чехословаков критическим и определило состав экспедиционного корпуса, части которого уже стали прибывать в город[39].

Подготовка стран Антанты к интервенции против Советской России началась сразу после Октябрьской революции. В мае-июне 1918 г. в Сибири и Дальнем Востоке произошло организованное союзниками выступление чехословацкого корпуса. К лету 1918 г. союзные державы посчитали, что интервенция уже подготовлена и, под прикрытием лозунга об оказании помощи чехословакам, западные страны решаются на открытое военное вмешательство. В июле-августе 1918 г. США и Япония официально объявили о посылке своих войск во Владивосток и Сибирь для оказания помощи чехословакам, взяв на себя обязательство не вмешиваться во внутренние дела России, а оказать помощь русским в организации самоуправления и самозащиты. По выполнении этих задач, США и Япония пообещали вывести свои войска из России.  Обе декларации, и Японии и США, были туманными и оставляли им широкое поле для толкования их прямых действий[40].

2 августа 1918 г. во Владивосток прибыли английские войска, двинувшиеся 6 августа на Уссурийский фронт[41]. 8 августа 1918 г. во Владивостоке высадились французские войска, 11 августа -  японские[42].

Таким образом, союзники приступили к реализации своих экспансионистских планов.

Практически одновременно с выступлением атамана Калмыкова на фронт в тылу Уссурийского фронта активизировались антисоветские силы в Уссурийском казачьем войске.

В станице Гленовской 6-7 августа 1918 г. был созван казаче-крестьянский съезд, руководил которым председатель Войскового совета С.В. Коренев. Съезд потребовал прекращения гражданской войны и выдвинул Дальсовнаркому ряд требований, сводящихся к ликвидации советской власти. Для поддержки своих требований и действий против Советов был организован казачий отряд в 300 человек. Одновременно произошло вооруженное выступление и в Бикинском станичном округе. Из Хабаровска против восставших были двинуты 2 отряда. Восстание было подавлено, возглавлявшие его частью арестованы, частью бежали в Китай. На собрании же бикинских казаков было даже решено признать советскую власть и добровольно мобилизовать казаков на ее защиту[43].

Во время первых стычек с частями Уссурийского фронта отряд атамана Калмыкова имел некоторый успех, но затем ситуация стала меняться не в лучшую для отряда сторону. Ряд поражений ОКО потерпел в период с 15 по 20 августа 1920 г. и был поставлен в тяжелое положение[44]. Одновременно в аналогичном положении оказались и чехословацкие войска.

Из критического положения чехов и калмыковцев спасли выступившие войска союзников - англичане, французы, а также вступившая в бой 23 августа 1918 г. 12-я японская дивизия[45].

Под натиском превосходящих сил союзников, части Уссурийского фронта стали распадаться и отступать к Хабаровску.

Во время движения ОКО на север управление войском перешло в руки Временно Войскового Атамана хорунжего А.П. Эпова и Войскового правительства, 21 августа 1918 г. прибывших во Владивосток[46].

Чтобы придать своему движению на север видимость наступления русских войск, союзники впереди себя пропускали Особый казачий отряд, который, двигаясь в авангарде, почти не встречал сопротивления.

В то  время, когда войска белогвардейцев и союзников двигались на север, в г. Владивостоке старая вражда между земством, ВПАС с одной стороны, и генералом Хорватом, с другой, разгорелась с новой силой. Два правительства в одном городе с претензией на общегосударственные роли рядом уживаться не могли, и конфликт между ними был неизбежен, несмотря на все попытки сторон прийти с помощью союзников к какому-либо соглашению. Пик конфликта пришелся на период с 23 по 25 августа 1918 г. В результате активных действий ПОЗУ, обратившейся за помощью к иностранным консулам, он завершился в ее пользу. Генералу Хорвату не удалось взять власть в свои руки, а русские воинские части, находившиеся во Владивостоке и его поддерживавшие, были разоружены. Таким образом, земству удалось отбить притязания генерала Хорвата на единоличную власть в Южном Приморье и сохранить положение вещей. Переговоры, которые велись между ВПАС, земством и генералом Хорватом с начала августа, были прерваны. 29 августа 1918 г. Приморская областная земская управа передала функции центральной государственной власти на территории области Временному правительству автономной Сибири, оставив за председателем Управы полномочия областного правительственного комиссара[47].

4-5 сентября 1918 г. ОКО атамана Калмыкова и войсками союзников был взят г. Хабаровск. 18 сентября японцами и казаками был занят г. Благовещенск. Советская власть на Дальнем Востоке была свергнута. Перед антисоветскими силами встала задача в обустройстве государственности, создании государственной структуры, единого политического центра, наконец, в создании боеспособных вооруженных сил, при случае способных поддержать новую власть без помощи войск союзников. Для этого необходимо было разрешить конфликт между земством и генералом Хорватом, ликвидировать сепаратизм не признающих ничьей власти, кроме своей, казачьих атаманов Семенова, Калмыкова, Гамова. Основная сложность в решении последнего вопроса заключалась в том, что за спиной казачьих атаманов стояли японцы, которым был выгоден такой расклад в русском антибольшевистском движении, позволявший им контролировать события и влиять на их течение с нужной стороны. В гражданской войне на Дальнем Востоке наступил новый этап.




[1] ГАХК. Ф.780. Оп.1. Д.46. Л.11; Дальневост. известия. 1918. 16 мая.

[2] Барон Будберг А. Дневник. М., 1990. С.193.

[3] Дальневост. известия. 1918. 9 июня.

[4] Самойлов А.Д. На страже завоеваний Октября. М., 1986. С.62.

[5] Клим Л.И. Приграничные контакты на Дальнем Востоке в первые годы Советской власти (1917-1920 гг.) // Становление советско-китайских отношений (1917-1950-е годы). Владивосток, 1987. С.112.

[6] Карпенко 3. Гражданская война на Дальнем Востоке. Хабаровск, 1934. С.51.

[7] ГАПК. Протокол Заседаний первого очередного Приморского областного земского собрания, 10 сент. 1918 г. С.45.

[8] Иоффе Г.З. Колчаковская авантюра и ее крах. М., 1983. С.33.

[9] ГАХК. Ф.1504. Оп.1. Д.6.

[10] Голос Приморья. 1918. 21 июля.

[11] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.586. Л.71.

[12] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.582. Л.132-133.

[13] ГАХК. Ф.401. Оп.1. Д.9. Л.23; Голос Приморья. 1918. 21 июля.

[14] ГАПК. Протокол Заседаний Первого очередного Приморского областного земского собрания,9 сент. 1918 г. С.26; Далекая окраина. 1918. 11,14 июля.

[15] Далекая окраина. 1918. 11 июля.

[16] Далекая окраина. 1918. 14 июля; Голос Приморья. 1918. 17 июля.

[17] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.365. Л.264-266; Дмитрий Леонидович Хорват. Владивосток, 1918. С.15-19.

[18] Барон Будберг А. Указ соч. С.204.

[19] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.365. Л.271.

[20] ГАПК. Протоколы Заседаний Первого очередного Приморского областного земского собрания, 9 сент. 1918 г. С.28.

[21] Барон Будберг А. Указ.соч. С.202.

[22] ГАПК. Протоколы Заседаний Первого очередного Приморского областного земского собрания, 9 сент. 1918 г. С.27.

[23] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.582. Л.29.

[24] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.365. Л.284-285; Далекая окраина. 1918. 9 июля.

[25] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.582. Л.29.

[26] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.582. Л.28.

[27] Далекая окраина. 1918. 17,18 июля.

[28] Далекая окраина. 1918. 18 июля.

[29] Голос Приморья.  1918. 23 июля.

[30] Далекая окраина. 1918. 20 июля; Дальневост. известия. 1918. 11 авг.

[31] ГАХК. Ф.401. Оп.1. Д.9. Л.106а-107. Офицерам выдавалось от 200 до 600 рублей, добровольцам и казакам - 80 рублей в месяц.

[32] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.582. Л.37; Ф.780. Оп.1. Д.46. Л.26; Флегонтов А., Яньков П. Уссурийский фронт. Владивосток: Дальгиз, 1932. С.18-19.

[33] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.582. Л.37.

[34] РГИА ДВ. Ф.149. Оп.1. Д.236. Л.92-93.

[35] Голос Приморья. 1918. 6,8 авг.

[36] Голос Приморья. 1918. 4 авг.

[37] Голос Приморья. 1918. 6 авг.

[38] Барон Будберг А. Указ.соч. С.211; Голос Приморья. 1918. 6 авг.

[39] Краснознаменный Дальневосточный. М., 1971. С.42. Согласно докладу главнокомандующего чехословацкими войсками во Владивостоке генерала М.К. Дитерихса, на Уссурийском фронте находилось только 3000 плохо вооруженных чехов и казаков. -См.: ГАХК. Ф.1736. Оп.1. Д.106 а. Советские же части насчитывали около 12 тыс.чел. Основные силы чехов из Владивостока и снятые с Уссурийского фронта были двинуты по КВЖД в Маньчжурию для совместных действий с ОМО атамана Г.М. Семенова с целью соединения с чехословацкими войсками, шедшими со стороны Сибири.-См.: ГАХК. Ф.1736. Оп.1. Д.106 б. Л.100.

[40] Краснознаменный Дальневосточный. М., 1971. С.42; Военные моряки в борьбе за власть Советов на Дальнем Востоке 1917-1922 гг. Владивосток. 1989. С.419; Подготовка и начало интервенции на Дальнем Востоке России (октябрь 1917 - октябрь 1918 г.). Документы и материалы. Владивосток, 1997. С.258-259, 264-265; Голос Родины. 1920. 18 янв.

[41] ГАХК. Ф.1736. Оп.1. Д.106 а. Л.9; Военные моряки... С.162.

[42] ГАХК. Ф.1736. Оп.1. Д.1066. Л.36-37, 100.

[43] Флегонтов А., Яньков П. Указ.соч. С.28-29; Приамур. жизнь. 1918. 14 авг.

[44] ГАХК. Ф.1503. Оп.З. Д.7. Л.11,18; 1504. Оп.1. Д.З. Л.183; Голос Приморья. 1918. 27 авг.

[45] ГАХК. Ф.1736. Оп.1. Д.106 б. Л.39; Краснознаменный Дальневосточный. М., 1971. С.45-46.

[46] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.582. Л.301; Вестн. Маньчжурии. 1918. 21 авг.

[47] ГАХК. Ф.П-44. Оп.1. Д.365. Л.174; Голос Приморья. 1918. 27 авг.




Введение | Социально-экономическое положение УКВ к 1917 г. | Февральская революция и УКВ | Октябрьская революция и УКВ
Начало Гражданской войны на юге ДВ и позиция УКВ | Казачий сепаратизм и Колчаковская диктатура
УКВ в период ВППОЗУ и областного управления ДВР | УКВ на завершающем этапе Гражданской войны
Заключение | Список использованных источников

страница 5

© ИНСТИТУТ ИСТОРИИ, АРХЕОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ НАРОДОВ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА ДВО РАН
Уссурийское Казачье Войско в 1917-1922 гг.
ДИССЕРТАЦИЯ
на соискание ученой степени кандидата исторических наук


Савченко Сергея Николаевича